Крестовский IV

Дом на Крестовском проспекте легко пройти мимо. Он не выше соседей, не шире их и ничем не размахивает: обычный по силуэту корпус в глубине острова. Разница внутри — квартир здесь одиннадцать.

Одиннадцать на весь дом. Столько же, сколько на одной лестничной площадке в панельном квартале. Именно из этой цифры вырастает всё остальное: и площади, и двор, и то, как устроены парадные.

Сколько здесь квартир

Восемь квартир стоят в главном корпусе. Ещё три — двухуровневые ситихаусы с отдельными входами с улицы и собственными саунами. Их владельцы могут годами не пересекаться с остальными жильцами: у них своя дверь, свой уровень и своя лестница.

Площади жилых помещений — от 170 до 345 квадратных метров. Нижняя граница здесь начинается там, где в большинстве новых домов Петроградской стороны верхняя уже закончилась. Маленьких квартир в проекте нет вовсе, и это не пробел в линейке, а условие задачи: дом задуман как особняк на несколько семей.

Три ситихауса

Ситихаус — редкий для Петербурга формат: квартира в доме, но с собственной дверью прямо с улицы, без общего подъезда и лифтового холла. В резиденции таких три, каждый на двух уровнях, и в каждом своя сауна.

Жизнь в ситихаусе устроена ближе к таунхаусу, чем к квартире. Внутренняя лестница делит дом на дневную и ночную половины, входная группа своя, и весь сценарий возвращения домой — от машины до порога — проходит мимо общих пространств.

Для города, где отдельный вход с улицы почти всегда означает загородный дом за КАД, три такие двери на Крестовском проспекте — штучная история.

Планировку собирает владелец

Несущие конструкции внутри квартир сведены к минимуму. Стены, которые нельзя трогать, оставлены только там, где без них не обойтись, — остальное пространство отдано хозяину.

Смысл понятен: покупатель на такой площади редко соглашается жить по чужой схеме. Кому-то нужна анфилада с проходными комнатами, кому-то — одна огромная гостиная и три спальни по краям, кому-то — библиотека и кабинет вместо второй детской. В доме, где квартир одиннадцать, застройщик может позволить себе не угадывать за них.

В типовом проекте такая свобода невозможна физически: несущие стены держат двадцать этажей над головой и стоят там, где решил конструктор. Клубный дом на одиннадцать квартир — другая задача. Нагрузок меньше, пролёты короче, и планировочные ограничения удаётся отодвинуть к внешним стенам.

Парадные холлы

Холлы в резиденции сделаны не как транзитный коридор от двери к лифту, а как часть квартиры, вынесенная за её порог. Панорамные окна во всю высоту, натуральный мрамор в отделке, гипсовое декоративное панно и сдержанная ручная лепнина.

Расчёт простой: человек, живущий на площади в триста метров, спускается вниз каждый день, и вид этого «каждого дня» важнее, чем разовое впечатление гостя. Поэтому света в холлах много, а деталей мало — и они дорогие.

Бронза в лобби

Главное украшение лобби — работа из бронзы скульптора Людмилы Караевой. Это не декоративная отливка «в стиле», а вещь конкретного автора со своей биографией.

Караева — лауреат международного конкурса PALMARES-2000 и обладатель Гран-при PRIX d'Art Contemporain 2000 года в Париже. Её работы есть в экспозициях Третьяковской галереи и Музея современного искусства в Москве, в музеях и частных собраниях Австрии, Голландии, Италии, Франции и США.

Для дома на одиннадцать квартир это заметный жест. Скульптура такого уровня обычно живёт в общественном пространстве, куда ходят тысячи людей. Здесь её видят одиннадцать семей и их гости.

Двор

Ландшафтный проект двора делало бюро Futura-Architects — лауреат российских и международных конкурсов зодчества: «АРХ Москва», Первая российская молодёжная архитектурная биеннале, Санкт-Петербургский международный культурный форум, «Архитектон».

Архитектор бюро Арина Лурье описывает результат так: «Внутреннее устройство территории — сложное, многоуровневое, с разными фактурами и множеством зелёных насаждений, динамичным ландшафтным рисунком, проходящим через весь двор».

В основе рисунка лежит лента Мёбиуса. Она стилистически связывает и тротуарное покрытие, и растительные объекты: двор читается как одна непрерывная линия, а не как набор отдельных клумб и дорожек.

Арт-объект «Бесконечность»

Ленту венчает арт-объект «Бесконечность» — художественная стилизация той же фигуры. В неё вложено сразу несколько смыслов: бессмертие, вечность и мудрость, гармония мужского и женского начала, непрекращающееся благополучие.

Двор на одиннадцать квартир может позволить себе такой центр. Там, где жильцов сотни, любая скульптура во дворе становится точкой сбора, детской площадкой и местом парковки самокатов. Здесь она остаётся тем, чем задумана.

Световой дизайн территории продуман отдельно от дневного вида. Часть уличных светильников спрятана в изгибах «ленты», часть вмонтирована прямо в стены, и вечером фасады получают живописные тени.

Петербургская зима держит темноту с трёх часов дня до девяти утра. Для дома это значит, что большую часть года двор видят именно в искусственном свете, и от того, как расставлены светильники, зависит, будет ли он выглядеть жилым или заброшенным.

Что есть для жильцов

Внутри дома собран небольшой набор помещений, которыми пользуются только свои. Тренажёрный зал, массажный кабинет, хаммам и сауна — то, ради чего в обычном доме приходится выходить на улицу и ехать в клуб.

Отдельно сделана комната для медитаций. И отдельно — помещения для деловых переговоров и для личной охраны. Последнее говорит о том, на кого рассчитан дом, точнее любого описания класса: охрана здесь предполагается не только у дома, но и у жильца.

Про остров

Крестовский остров стоит в одном ряду с Каменным островом и «Золотым треугольником» — тремя адресами, которые в Петербурге стоят дороже всего остального.

Причина у этого географическая. Остров окружён водой, застроен наполовину парками и почти не имеет сквозного транзита: чтобы оказаться здесь, надо ехать сюда специально. Из-за этого на нём не появляется ни складов, ни офисных центров, ни потоков людей, проходящих мимо по своим делам.

Плотность застройки на острове ограничена, свободных участков осталось мало, и каждый новый дом здесь строится в окружении уже готовых. Резиденция на одиннадцать квартир — характерный для такого места формат: расти вширь негде, остаётся расти в качестве.

Награда

В 2020 году проект взял Гран-при федеральной премии Urban Awards и был признан лучшим элитным домом Санкт-Петербурга.

Гран-при в этой премии дают не за метраж и не за отделку по отдельности, а за проект целиком. Для дома на одиннадцать квартир такая победа означает, что жюри сочло малый формат не ограничением, а самостоятельным жанром.

Кому подходит

Дому нужен покупатель, которому важно, сколько соседей, а не сколько окон. Одиннадцать квартир — это отсутствие очереди к лифту, отсутствие проходного двора и знакомство со всеми, кто живёт рядом.

Взамен он требует принять две вещи. Первая — площадь: меньше 170 метров здесь не бывает. Вторая — терпение: свободных квартир в проекте не осталось, и появление лота в продаже зависит только от планов нынешних хозяев.